Докторская диссертация ректора Витебского государственного им. ордена Дружбы народов медицинского университета Алексея Чуканова «Пренатальная лучевая диагностика врожденных пороков развития плода» стала итогом многолетней кропотливой работы ученого, исследователя, педагога. Недавно произошло знаковое для Алексея Николаевича событие: Президент вручил ему диплом доктора медицинских наук за разработку, которая уже внедрена в практику и спасает жизни. Как начинался путь в малоисследованное направление медицины? Каких успехов сегодня достигла белорусская наука в ультразвуковой пренатальной диагностике? На эти и другие вопросы искала ответ корреспондент «ВВ».
Точка отсчета
– Сегодня вас, Алексей Николаевич, называют одним из основателей школы пренатальной диагностики в Беларуси. С чего для вас всё начиналось?
– Когда в 1998 году работал врачом ультразвуковой диагностики в минской поликлинике № 2, мы с коллегами обратили внимание на крайне недостаточное качество работы по обследованию плода у беременных женщин. Не хватало знаний, возможности техники распространялись на выявление аномалий у взрослых людей, но не у плода, где речь идет о десятых долях миллиметра. Затем появился шанс повысить свою квалификацию в России на краткосрочных курсах по выявлению пороков развития при помощи ультразвуковых методов. Это стало своеобразной точкой отсчета – у меня появился большой интерес к этому направлению. Пришло понимание, насколько оно всеобъемлющее, ведь мы должны знать тонкую анатомию и физиологию, владеть техническими вопросами, чтобы правильно настроить аппарат. Более того, следовало иметь глубокие знания по генетике, эмбриологии, биохимии, физике, лучевой диагностике. Далее этот интерес подогревался встречей с разнонаправленными специалистами, у которых по крупицам узнавал что-то очень важное. Когда всё это аккумулировал, понял, что ультразвуковую пренатальную диагностику необходимо выделять в отдельное направление.
Так я стал главным внештатным специалистом комитета по здравоохранению по пренатальной диагностике, руководителем Межрайонного центра пренатальной ультразвуковой диагностики Минска. Мы проводили обучающие семинары для поликлиник. Была создана сеть центров, работающих в данном направлении. Наш центр был руководящим. Это дало импульс для открытия на базе кафедры ультразвуковой диагностики специализированного курса пренатальной диагностики. А где практика, там и наука. Понимая, что это направление требует дальнейшего развития и проведения исследований, стали заниматься разработкой новых методик. Этому и была посвящена моя кандидатская диссертация «Эхокардиография плода на этапе ультразвукового скрининга беременных».
Чем больше знаешь, тем больше понимаешь…
– Почему так важен скрининг?
– Выявление признаков пороков на этапе скрининга крайне важно, потому что это отбор тех, кому требуется дальнейшее дообследование эксперта. Соответственно, если врач на скрининге хорошо работает, мы не будем пропускать патологию. А если плохо, то до экспертов дело не дойдет. Поэтому моя научная работа была посвящена именно развитию направления скрининговых исследований, предлагался алгоритм выявления пороков сердца у плода на этом этапе. Соответственно, после кандидатской осталось очень много материала. И исследования продолжились, согласно известной истине, которая гласит, что чем больше ты знаешь, тем больше понимаешь, сколько еще неизведанного. К ультразвуковым мы предложили добавить в пренатальную диагностику магнитно-резонансную томографию, лабораторные исследования. И эта комбинация легла в основу моей следующей диссертационной, докторской работы. Следовало еще иметь в виду экономическую составляющую. Мы должны были подобрать оптимальную методику, чтобы исследования не были слишком затратны, бесцельны. В результате на сегодняшний день у нас в стране действует сеть межрайонных центров, пренатальных диагностических кабинетов, которые объединены в единую систему. Это высокотехнологично, доступно в любом уголке страны абсолютно всем женщинам, вставшим на учет по беременности и родам.
Научные исследования продолжались около 20 лет. Внедрение методики шло до 2023-го, и за два года получены результаты, подтверждающие правильность выбранного направления. Алгоритм уже отработан и действует.
Отдача есть. И это не только моя работа, это работа огромного числа специалистов при моей координирующей роли. И я рад, что это принесло очень весомые плоды, которые сегодня можно «пощупать руками»: у нас в стране младенческая смертность находится на минимальном уровне среди всех стран, в том числе в Соединенных Штатах и Западной Европе. Иностранные специалисты приезжают и с удовольствием слушают наши доклады, перенимают опыт, потому что имеют совсем другие показатели по инвалидизации, связанные с пороками сердца, так как там они плохо выявляются.
У нас же в Беларуси благодаря разработке более эффективных методов стала возможной диагностика таких аномалий, которые приводят к инвалидизации детей в случае их несвоевременного обнаружения, а выявление их еще на этапе плодного периода позволяет изменить тактику ведения беременности и родоразрешения, улучшить прогноз для жизни таких детей и сделать возможность их рождения реальностью.
И невозможное возможно
– Речь идет о терапии или о хирургической коррекции?
– Сейчас уже выходим на новое направление – это пренатальная хирургия, инвазивные манипуляции, когда в утробе матери с достаточно хорошим результатом оперируются некоторые пороки плода. Например, при выявлении признаков аритмии, которая раньше вела к гибели ребенка. Мы разработали целую группу препаратов и модель их применения, чтобы не допустить развития сердечной недостаточности, от которой также происходила внутриутробная гибель плода. Благодаря таким вмешательствам в семье появляется младенец. Это самое важное. На сегодняшний день это касается кардиологии, некоторых заболеваний легких, но не пороков центральной нервной системы. Благодаря развитию таких технологий это становится возможным в нашей стране, а не где-то там...
Отдельным разделом исследования явилось улучшение качества работы врачей, что на сегодняшний день является очень важным в общей концепции повышения эффективности дородовой диагностики. Мы несколько изменили подходы к подготовке врачей и создали им более благоприятные условия. В результате в межрайонных центрах пренатальной диагностики, где внедрены наши методики, проводятся качественные исследования. Это первичный уровень, на котором происходит отбор, что позволяет нам с самого начала правильно сформировать группу беременных, требующих повышенного внимания. Последующее родоразрешение у таких пациенток с осложненным течением беременности происходит уже в специализированных центрах, где мы сразу можем подключить детских хирургов, кардиохирургов и так далее. Такой алгоритм отработан.
В настоящее время можно уже говорить о созданной белорусской школе пренатальной диагностики. Наши врачи-эксперты востребованы, получают приглашения даже из недружественных стран выступать на конгрессах. Научное сообщество понимает, что политика политикой, а время терять нельзя, поэтому зарубежные коллеги следят за нашими достижениями, изучают и внедряют их у себя. Что хочется подчеркнуть: очень важно, что нам выделяют финансирование на приобретение новейшей техники, аппаратов экспертного класса. Руководство страны понимает, что это вклад в демографическую безопасность страны.
– Алексей Николаевич, вас никогда не посещала мысль о том, что вмешательство во имя спасения еще не родившегося человека – сродни чуду? Скажи это кому-то еще несколько десятилетий назад, не поверили бы...
– И даже десятилетие назад мы бы сказали, что такое невозможно. Сейчас пренатальное УЗИ позволяет за три минуты получить трехмерное изображение, такое же, как на МРТ. Не могу сказать, что это просто в освоении специалистами, но если они овладевают такими навыками, это на самом деле космос! Такой функцией у нас на сегодня обладает большинство аппаратов. Это говорит о том, что мы приближаем высокотехнологичные методы к каждому обратившемуся к нам пациенту. Кстати, мы документируем сложные исследования, таким образом создается база. На ее основании формируем обучающую программу искусственного интеллекта, которая сама нам будет помогать – вычленять случаи, требующие дополнительного контроля.
– Понятно, что остановиться на пути исследования неизведанного невозможно. Значит, создание нейросети станет для вашей группы очередным шагом в выбранном направлении?
– Нейросеть создана, но обучает-то ее доктор. А в результате это значительно упростит работу тех, кто трудится, образно говоря, в полях. Но, хочу отметить, всё равно последнее слово остается за врачом. Только подготовленный специалист может разобраться в многообразии симптомов, искусственный же интеллект, разобрав массивы данных, помогает остановиться на более значимом, принять клиническое решение.
Фото Дениса ВАСИЛЬЦА.
