Глядя на этого седовласого галантного мужчину, который в свои 85 лет не расстается с гармонью и чувством юмора, никогда не подумаешь, что ему довелось пережить. Разве только глаза слишком серьезные, с ноткой горечи.
Житель Орши Виктор Юранов – бывший узник трех фашистских концлагерей, встретил войну шестилетним мальчишкой. На тот момент его семья проживала в Дубровно.
– Помню, после объявления войны отец сутками не появлялся дома, – делится Виктор Федорович. – Он работал на фабрике «Дубровенская мануфактура» и вместе с остальными грузил станки и оборудование для отправки в тыл. А в середине июля 1941-го начался артиллеристский обстрел города. Наша семья и сотни других оказались в тылу врага. Как сейчас помню облаву на молодежь для отправки в Германию на каторжные работы. Тогда две мои старшие сестры убегали по высокой ржи, а за ними гнались немцы и полицаи, стреляя на ходу. К счастью, девочкам удалось сбежать, и они прятались долгое время, пока семья не переехала в деревню Еремеевщина.
В 1942 году в одну из зимних ночей в дом к семье Юрановых ворвалась большая группа вооруженных полицаев. Забрали практически всё: одежду, белье, муку, зерно, картофель, разорили улья, увели подлеченную отцом лошадь. Когда линия фронта вплотную приблизилась к Еремеевщине, в доме Юрановых немцы расположили свой штаб, семья была вынуждена жить в баньке размером 3х3 м. Вместе с другими мальчишками Виктор незаметно добывал немецкие боеприпасы для партизан.
Позже Юрановых, как и другие семьи, погнали на Запад. Их расположили в одном из оршанских концлагерей.
– Стремясь скрыть следы чудовищных злодеяний, нацистские преступники с осени 1943 года стали создавать специальные команды из узников лагерей. Их заставляли раскапывать могилы-рвы, извлекать оттуда трупы, укладывать штабелями, поливать бензином и сжигать, – рассказывает Виктор Федорович. – Во время нашего пребывания в оршанском лагере кто-то из недоброжелателей сообщил коменданту, что при активном участии отца было вывезено все ценное оборудование «Дубровенской мануфактуры». Путь в концлагерь Освенцим для нашей семьи был предопределен…
Потянулись страшные дни заключения.
Лагерь Вите Юранову запомнился бесконечными рядами колючей проволоки, вышками с вооруженными часовыми, бесчисленными бараками с многоярусными нарами, на которых ютились тысячи изможденных людей.
– Ежедневно большие колонны узников гнали на каторжные работы под звуки духового оркестра, состоящего из тех же узников, – с горечью вспоминает Виктор Федорович. – Над воротами лагеря, через которые ежедневно проходили заключенные, висел лозунг: «Труд делает человека свободным». А ведь на самом деле «свобода» была у нас одна: умереть от голода или в газовой камере, погибнуть от холода, болезней, непосильного труда, быть сожженными в печах крематория…
На детях проводились многочисленные опыты: имплантация органов, облучение радиацией, испытание отравляющими веществами и др.
– Видно, так было угодно Богу, что вся наша семья уцелела, – говорит Виктор Юранов. – Весной 1944-го, когда наступала Советская армия, фашистская Германия испытывала большую нужду в рабочей силе. Поэтому тысячи подопытных были построены возле своих бараков для отправки в Германию на заводы, фабрики, в сельское хозяйство. Так наша семья попала в концлагерь недалеко от города Хайльбронна в западной Германии. Там находился огромный могильник сбитых самолетов. Эти машины узники резали на части, сортировали по видам металла и грузили в вагоны для отправки на переплавку. Все взрослое население и подростки работали здесь под строгим надзором.
Виктор Федорович поведал, как ранней весной 1945 года, помогая родителям на погрузке частей самолетов, он нечаянно поранил бровь над левым глазом, что привело к нарыву, требующему хирургического вмешательства. В условиях концлагеря это сделать было невозможно, и мать малолетнего узника со слезами на глазах, стоя на коленях, умоляла коменданта дать направление в ближайшую клинику в Хайльбронне. А через пару дней после операции начался массированный налет союзной авиации на лагерь.
Когда Западный фронт был уже совсем близко, вместе с остальными заключенными семью Юрановых погнали на юг Германии. Это «путешествие» протяженностью в 500 км продолжалось около месяца и завершилось на реке Дунай у города Ульма.
– Как-то один из конвоиров через переводчиков сообщил, что поступил приказ ночью расстрелять всех узников лагеря, – делится воспоминаниями Виктор Юранов. – Взрослые решили: когда стемнеет, по команде разбегаться в разные стороны. Сколько человек тогда было убито, я не знаю, но стреляли долго. И снова моей семье суждено было уцелеть. А утром появились американские танки. Когда орудия развернули в сторону наших убежищ, люди стали выходить и махать белыми тряпками. Началось братание и слезы… Это не передать словами.
В августе 1945 года все бывшие узники были построены на большой площади, и перед нами стали выступать представители США, Великобритании, СССР. Американцы и англичане предлагали ехать на постоянное место жительства в США, Канаду, Австралию, Латинскую Америку и другие страны, обещая работу, жилье, материальную помощь. Представители СССР говорили, что Родина нас не забыла и сделает все возможное, чтобы нам жилось хорошо. Наша семья, как и тысячи других, решила вернуться в СССР. А через пару дней подогнали сотни машин и, выдав сухпаек, отвезли людей в советскую зону. На одной из станций нас пересадили в поезд, и последней точкой маршрута стала Осиновка Дубровенского района…
Так для бывшего малолетнего узника Вити началась совершенно иная, мирная жизнь. В 1948 году семья Юрановых переехала в Оршу. Здесь парень закончил десять классов, начал играть в духовом оркестре. Дальше – учеба в Могилевском педагогическом институте на историко-географическом факультете. Здесь Виктор познакомился с будущей супругой. По направлению работал в одной из школ Могилевской области завучем, а в 1964 году вместе с женой и дочерью вернулся в Оршу, где родилась вторая дочь. Отработал 34 года заместителем директора ПТУ №45. Свои воспоминания об ужасах военного лихолетия бывший узник сначала записал на бумаге, а после в печатном виде собрал в альбом под названием «Я перед вами с памятью своей…».
Фото Ольги ЛЕБЕДЕВОЙ.
