Сто лет назад пожарная безопасность в Витебской губернии вызывала беспокойство властей. После продолжительного лихолетья пришедшая в упадок пожарная служба требовала восстановления и вывода на более высокий уровень. О деятельности огнеборцев того периода рассказывают документы Государственного архива Витебской области.
Пылающая хроника
В «Обзоре Витебской губернии в пожарном отношении» в начале 1921-го отмечалось, что регион, являясь прифронтовой полосой как во время империалистической, так и гражданской войны, наиболее других пострадал в жилищном и экономическом отношении. В течение почти семи лет не возводились новые и не ремонтировались старые строения, а потому многие в пожарном отношении стали угрожающими. В городах каменных домов немного, большинство деревянных. Крыши в основном крыты гонтом, в селах – сплошь соломой.
Например, в 1920-м в Витебске произошло 173 пожара. При этом многие возгорания не регистрировались, так как были потушены «домашними средствами». На тот момент в губернском центре было 10 – 12 тыс. деревянных домов и около 3 тыс. каменных, численность населения – 100 тыс. человек. Протяженность 340 улиц составляла почти 100 верст. Отмечалось, что пути сообщения плохие по причине изрезанности местности реками и оврагами. Из шести пожарных частей действовали три.
В 1921-м губерния состояла из 11 уездов и 166 волостей, 11 городов, 161 местечка, 1288 крупных сел и деревень и около 6500 хуторов. От Витебска до Велижа (82 версты) можно было добраться по Двине при большой воде на пароходе, в Сенно (60) и Лепель (113) – по грунтовым дорогам, и то весьма плохим. Констатировалось, что «эти города отрезаны от удобных путей сообщения и всецело обречены на самозащиту от огня».
Громадная трагедия произошла в Лепеле 21 августа 1921-го – в городе сгорел 431 дом из 1250. Ввиду дальности расстояния от железной дороги (строительство ветки Орша – Лепель началось в 1925-м) и плохих грунтовых дорог нельзя было оказать своевременную помощь местным пожарным, прилагавшим героические усилия. К тому же перегорели телефонные и телеграфные провода, что затрудняло связь.
Масштабный пожар также произошел в местечке Любавичи Оршанского уезда – огонь уничтожил 200 домов.
Ранее сгорели целые части Витебска – Песковатик и Ильинщина (находилась на правом берегу Западной Двины, напротив устья Витьбы), были человеческие жертвы.
Спасая и защищая
В сентябре 1921-го профессиональные пожарные команды действовали в 11 городах и двух местечках (Лиозно и Чашниках). Если инвентарем они в целом были обеспечены, то с людьми был некомплект – числилось 275 сотрудников при штатном расписании 428. Главные причины недостатка кадров – «необеспеченность в продовольственном плане и одеждой, и обувью». Решению этого вопроса уделялось внимание. Витгубкоммунотдел просил губисполком для предотвращения массового увольнения пожарных дать распоряжение «об отпуске ударных пайков наравне с другими ударными группами рабочих». Планировалось закупить 750 комплектов обмундирования и обуви для наиболее нуждающихся профессиональных пожарных и дружинников. Властям на местах ставилась задача полностью исключить привлечение людей и лошадей из пожарных команд для работ, не входящих в их прямое предназначение, так как это ослабевает боеспособность.
Тогдашние огнеборцы имели специализации. Телефонисты отвечали за прием и передачу информации. Часовые на каланче несли круглосуточную вахту, бдительно следя за окрестностями. Дневальный у ворот мог принять заявление о пожаре и оставался охранять имущество при выезде команды. Конюшенный староста являлся бригадиром кучеров, отправлялся на пожар на последнем ходу, убедившись, что все выехали. При каждой профессиональной команде работал врач или фельдшер, а также ветеринар, лечивший лошадей. Трубники соединяли рукава и направляли брандспойты. Топорники выставляли лестницы и работали наверху. Звеньевой следил, чтобы они безосновательно не ломали крыши, перегородки и не выбивали окна.
В служебной инструкции значилось: «Каждый пожарный должен помнить, что на него смотрят все как на защитника и спасителя и вполне доверяют ему». Он не имел права ничего брать из спасаемого имущества, иначе «отвечал перед Революционным народным судом в большей мере, чем обыкновенный грабитель». Если пожарный заметил мародера, будь то коллега или посторонний, то был обязан немедленно его арестовать и доставить в распоряжение брандмейстера.
В 1921-м с пожарными произошло два несчастных случая. В Витебске лошадь ударила копытом огнеборца в голову и лишила того трудоспособности на долгое время – «уже лечится
7 месяцев и полного выздоровления не предвидится». В Дриссенском (Верхнедвинск) уезде доброволец сломал ногу и остался хромым.
Дружинники в помощь
Значительный вклад в борьбу с огнем вносили добровольные пожарные дружины (ДПД), в которых состояло 6915 человек. Им выплачивался средний заработок за потраченное время на тушение пожара и налагаемые обязанности начальника дружины.
В июле 1921-го в Марковщинской ДПД (витебский микрорайон Марковщина тогда имел статус местечка) числилось 32 дружинника. Они обслуживали Марковщину и прилегающие деревни Загорье, Загорины, Авселево и Гришаны (на карте остались две последние) с населением около 5 тыс. человек. Дружина имела одну пожарную машину и две бочки.
Сохранились сведения о двух пожарах в начале 1922-го. Сообщение о первом поступило 10 января в 8.25 вечера. От сильно накалившейся железной трубы во время топки печи загорелась крыша дома на ул. Ленинский проспект, в котором находились квартира и мелкорозничная лавка гражданина Калиста. Пожарная команда в составе 21 добровольца прибыла через восемь минут. Воду брали из находящегося в 50 м колодца, огонь заливали ведрами и ликвидировали его в 8.40.
Более масштабный пожар произошел 18 января в 9.15 утра. Очаг находился на чердаке водокачки железной дороги на ул. Набережной. С прогоревшего потолка искры попали в помещение машинного и котельного отделений, где находилось 2 куб. м дров. Сигнал о пожаре подали гудком льнопрядильной фабрики «Двина» (ОАО «Витебские ковры»). Дружинники Марковщинской ДПД прибыли в полном составе через 25 минут. Проложили более 100 м труб к Западной Двине, чтобы качать оттуда воду. Полностью огонь затушили к 12.35.
Позже Марковщинская ДПД получила статус фабрично-заводской пожарной дружины и находилась «на иждивении фабрики «Двина». К слову, в дружинники принимали не всех, к тому же необходимо было пройти шестимесячный кандидатский стаж. Например, в августе 1923-го в рамках недели пожарной безопасности в Марковщинскую ДПД было подано 47 заявлений, отобрано «24 подходящих и активных работника», которым предстояло полгода практиковаться.
На дружины возлагалась и профилактическая работа. В частности, «провести самую широкую агитацию среди крестьянского и рабочего населения Марковщины о значении добровольного страхования построек, урожаев и скота».
Трубочист на крыше
Одной из причин пожаров являлась плохая очистка дымоходов. В Витебске за нее отвечала артель трубочистов. Кстати, запрещалось самолично чистить дымоходы без специального разрешения.
В середине января 1924-го распоряжением председателя Губпожарчека, при которой действовала артель, констатируется, что «в последнее время замечается небрежное отношение членов артели трубочистов к своим обязанностям, как то: неаккуратная очистка дымовых труб, что вызывает загорание сажи, грубое отношение с гражданами, неуместные споры с таковыми и т. п.».
Распоряжение состояло из шести пунктов и давалось под роспись всем членам артели. В частности, трубочистам предписывалось предъявлять мандат и вежливо объяснять цель прихода, производить чистку по всем правилам, в учреждениях работать в присутствии завхоза или коменданта здания. За нарушения грозило административное взыскание «вплоть до предания суду и исключения из артели».
В то время в Витебске работали на крышах восемь трубочистов, через несколько месяцев их количество увеличилось до двенадцати. Они были поделены на три бригады по количеству районов города. Ежедневно трубочисты являлись к 19.00 в Рай-кварталком, чтобы получить наряды и утром снова выйти на крыши домов.
Прощание с вождем
Из распоряжения заведующего губкоммунотделом по пожарным организациям Витебска от 24.01.1924: «Предлагается брандмайору Витпрофпожаркоманды, начальникам добровольно-пожарных дружин прибыть к 11 часам утра 25 января к зданию Добровольно-пожарного общества с вверенными им командами для участия в траурной процессии в день похорон Вождя Международного Пролетариата Владимира Ильича Ленина. Команды должны иметь траурные знамена с соответствующими лозунгами, а равно и траурные нарукавники».
Боевая смена профессиональной команды оставалась на дежурстве.
Фото из фондов Сенненского историко-краеведческого музея
