Иван Бурлака, гвардии подполковник в отставке:
– После окончания в 1967-м Ташкентского танкового училища (при нем была сформирована учебная рота для подготовки расчетов АСУ-57 – самоходной артиллерийской установки, пригодной для десантирования на парашютах) в 103-й воздушно-десантной дивизии я отслужил 26 лет, первые десять – в Боровухе. Являлся участником событий в Чехословакии, был дважды в Афганистане, в 1979 – 1981 и 1987 – 1989 годах.
Спустя месяц после училища участвовал в крупнейших учениях «Днепр». Мы десантировались под Киевом в полном составе в районе командного пункта, где находились министры обороны стран Варшавского договора, представители НАТО. Мне выпала честь доставить на самоходке командира дивизии генерал-майора Михаила Ивановича Кашникова на доклад командующему ВДВ Василию Филипповичу Маргелову.
Во время событий в Чехословакии я служил в 350-м парашютно-десантном полку со своим будущим тестем Сергеем Матвеевичем Глебовым. Его дочь Людмилу увидел на стадионе, потом с ней ходили на танцы. Свадьбу ускорило то обстоятельство, что Людмила оканчивала медучилище и могла быть распределена на Дальний Восток. Мы расписались 31 декабря 1968 года. Я попросил перенести церемонию из Боровухского сельсовета в Дом офицеров, чтобы было более торжественно. Таким образом мы с женой установили традицию – после нас там бракосочетались военнослужащие.
Вячеслав Белоус, гвардии старший прапорщик в отставке:
– В учебке в литовском Гайжюнае я получил военную специальность санинструктора. В роте из 140 человек было 64 мастера спорта, остальные – кмс. Почему нужно столько спортсменов, узнал, когда начали носить «раненых» – перетаскивать друг друга для оказания помощи. Далее службу проходил в Рязани в 137-м парашютно-десантном полку 106-й тульской дивизии. Через полгода избрали комсоргом батальона на должность прапорщика.
Трижды участвовал в парадах в Москве, был старшим боевой машины. Тренировки проходили на аэродроме на Ходынке, где всё было расчерчено, как на Красной площади. Отрабатывались нештатные ситуации, например если машина заглохла. К участникам репетиций приходили в гости интересные люди: трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб, космонавты. По выходным как комсорг я для своего подразделения организовывал экскурсии на ВДНХ, посещали зоопарк, театры, цирк.
В начале марта 1985 года мы погрузили технику на железнодорожные платформы для подготовки к параду, посвященному 40-летию Победы. Но пришло сообщение о смерти генерального секретаря ЦК КПСС Константина Черненко, в связи с чем войскам было не рекомендовано въезжать в Москву. Пришлось выгружаться. Через два дня после похорон начали снова грузиться на платформы. Парад на 9 Мая 1985 года был грандиозным, на трибуне стоял новый руководитель СССР Михаил Горбачёв.
С января 1986-го по февраль 1989-го проходил службу в Афганистане, участвовал в 50 боевых операциях. С тех пор у меня появилось дополнительных четыре дня рождения.
Олег Шпаковский, гвардии подполковник в отставке:
– В 1972 году на третьем курсе Рязанского воздушно-десантного высшего командного училища принимал участие в испытаниях самолета Ил-76, о чем свидетельствует фотография с автографом генерального конструктора Генриха Новожилова. Хорошо был знаком с бывшим министром обороны России Павлом Грачёвым, который в училище был у меня командиром роты, а в Афганистане – командиром 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии.
В течение трех лет исполнял интернациональный долг, являлся комендантом центральной зоны города Кабул. На меня были возложены функции по охране главы государства – сначала Бабрака Кармаля, потом Мохаммада Наджибуллы. В моем распоряжении была различная техника для эвакуации главы государства в случае экстренной ситуации.
После съезда по избранию Наджибуллы в «Правде» прочитал сообщение, что прежний руководитель Бабрак Кармаль тяжело болен и находится в одном из госпиталей Советского Союза. На самом деле он в это время стоял со мной на крыльце.
Валерьян Мацкевич, гвардии подполковник в отставке:
– На проходивших в сентябре 1970 года учениях «Братство по оружию» мы десантировались в ГДР на полигоне под Магдебургом. Выпрыгнули из Ан-12 при замечательной погоде и вдруг начали опускаться в «молоко» с нулевой видимостью. По куполу моего парашюта кто-то «пробежался» – начали перекрикиваться, кому тянуть стропы влево, кому вправо, чтобы разойтись. Вышли из облачности за 50 метров до земли, что было весьма критично. Приземлились на бывшее свекловичное поле. На мотоцикле подъехали два немца, один показывал, мол, мы появились, как призраки, второй заговорил по-русски. Спросили, откуда знает язык. «До 1955 года я восстанавливал Сталинград», – последовал ответ.
За время службы довелось много раз участвовать во встречах с командующим ВДВ генералом Маргеловым. Он был строгим, но доброжелательным и справедливым, обладал образным языком, иногда так скажет, что приходилось сдерживать смех.
В мои лейтенантские годы начали вводить голубые береты и тельняшки. Как-то офицеров выстроили на плацу. Генерал попросил расстегнуть мундиры: у кого-то была тельняшка, у кого-то нет. Указав на недостатки, он сказал: «Смотрите на командующего», – и расстегнулся. Под рубашкой у него оказалось теплое белье.
– Ошибся, – констатировал Василий Филиппович.