Впрочем, первые колонисты появились в деревне Лесковичи (Шумилинский район) за несколько месяцев до подписания договора. Об этом рассказывают документы Государственного архива Витебской области.
Подобные ИТК предназначались преимущественно для тех, кто был осужден на срок от 6 месяцев до 3 лет. В жилых помещениях колонисты размещались группами с учетом возраста, индивидуальных качеств, характера совершенного преступления.
Колонисты делились по разрядам: «испытуемый», «исправляющийся», «образцовый», «штрафной» и носили на левом рукаве соответствующие нашивки — круг, полоски, треугольник.
Согласно уставу, трудились колонисты по 8 часов, за исключением летнего периода, когда рабочий день мог быть продлен до 11 часов (зимой он составлял 7 часов). Испытуемый получал 75 % от зарплаты, штрафник – 50 %, человеку из образцового разряда давали премию 10 %.
За добросовестный труд и примерное поведение осужденные поощрялись доппайком, увольнительной, увеличением количества свиданий.
В обратном случае следовало наказание – замечание, выговор, лишение части хлебного пайка, арест до 7 суток, перевод в тюрьму.
Кроме выполнения работ, колонистов обучали различным ремеслам. Неграмотные обязательно посещали школу. По праздничным дням читались лекции, устраивались «музыкально-вокально-литературные вечера и спектакли».
Решение о передаче сов-хоза «Лесковичи» под обустройство ИТК было связано с тем, что находящееся до апреля 1922-го в ведомстве учреждения «Продпуть» (структура железной дороги) хозяйство привели «в самое хаотическое состояние и полное разрушение».
31 мая 1922-го сотрудники «Дорземтрана» (также организация железнодорожников) вывезли косилку, оборотный плуг, 45 пудов соломы, 50 – сена и «совершенно новые колеса от кареты, снятые и приспособленные под фургон». При этом в Лесковичах уже находились первые 40 колонистов. Для их «окарауливания на работах» были назначены конвоиры Василий Ходкин (старший), Франц Подаровский, Иван Белковский, Федор Суханов и Макар Зезюлин.
12 мая 1922-го Витебский губернский исправительный трудовой дом просит Витгублес разрешить вырубку нескольких деревьев для ремонта построек и на дрова. Примерно в эти дни заведующий совхозом т. Китович обратился в вышестоящую инстанцию с просьбой увеличить паек первопроходцам, которые «совершенно обессилели за 3 дня, получая 1 фунт хлеба (453 г. – Прим. авт.) и один раз совершенно жидкую пищу». Было решено, «имея в виду действительно непосильный труд заключенных по обработке земли и принимая во внимание истощенность последних», из фонда зарплаты покупать рабочим 1 фунт картофеля в день на человека и выделять из общей кладовой Витгубисправтруддома полфунта хлеба на каждого.
Тем временем для формирования имущества ИТК в «Лесковичи» поставлялись инвентарь, инструмент, одежда: топоры, хомуты, пилы, котлы, гвозди, вилы, брюки, бушлаты, лапти, а также одеяла, простыни…
А вот комплектование поголовья скота шло с трудом, никто не хотел отдавать лучшее. Об этом свидетельствует акт комиссии от 28 мая 1922-го о прибытии из района Должи в Витебск нескольких животных для передачи в «Лесковичи». Жеребец Пегий, коровы Волга, Розалия, Шляпа, Брусница и мерин Пупсик (ему было 24 года, преклонный для лошади возраст) находились «в самом истощенном состоянии (кожа и кости)» и едва прибыли своим ходом, преодолев «всего 18 верст», поэтому «скот требует ухода и хорошего питания для поддержки его дальнейшего существования». Неизвестно, в полном ли составе прошла еще 35 верст колонна во главе с престарелым Пупсиком. Но что корова Шляпа попала в «Лесковичи» – это точно. В октябре 1926-го она фигурировала в приказе заведующего ИТК: «Шляпу сняли с довольствия ввиду продажи Шумилинскому потребобществу».
Осенью 1922-го в «Лесковичах» уже было 168 колонистов. Они жили на территории панского усадебного комплекса, занимавшего 6,45 га. Здесь располагались 4 деревянных и 4 каменных дома, сараи, ледник, амбар, конюшня, кузница, «садовый павильон» (зимний сад), скотный двор. Над всем этим возвышались стены каменного замка в шотландском стиле, который Владислав Хлюдинский начал строить в 1904-м и не успел вывести под крышу до революции.
ИТК владела 300 га сельхозугодий, включавших пахотную землю, сад, выгон, луг. Колонисты выращивали рожь, ячмень, овес, пшеницу, вику, люпин, клевер, картофель, свеклу, морковь, огурцы, помидоры, брюкву. Первоначально в их распоряжении было 20 лошадей, 10 коров, 20 овец, 20 поросят. Доход приносили мельница, пасека и панские старый (1 тыс. деревьев) и молодой (2,8 тыс.) сады.
В 1924-м ИТК (тогда здесь находилось около 80 человек) сработала с прибылью, которую планировалось использовать на развитие материально-технической базы.
Весной 1929-го в хозяйстве ИТК числилось: коров – 57, быков-производителей – 2, молодняка КРС – 19, лошадей – 17, боровов – 3, свиноматок – 6, свиней на откорме – 5, овец – 7, баранов – 1, ягнят – 5.
По итогам 1928-го на корову получено 1783 л молока, что было выше среднего показателя по совхозам БССР. В ИТК работала сыроварня, принимавшая молоко и от крестьянских хозяйств.
Режим содержания в ИТК был достаточно мягким. Здесь отсутствовал так называемый периметр, добросовестным осужденным давали отпуск до 14 дней, их регулярно командировали в Витебск по служебным надобностям. Но случались и побеги.
Так, 17 ноября 1924-го сбежал осужденный на три года 26-летний Федор Войцеховский. Он прибыл на хутор Запорочье Верховской волости (Витебский район) «для свидания с родственниками». Поговорив с родителями, Федор решил немедленно возвращаться в Витебский исправдом, куда и прибыл 19 ноября. Но было поздно. Беглеца подвергли темному карцеру на
7 суток. С него сняли казенные вещи – две нижние рубахи, кальсоны и брюки, которые отправили в «Лесковичи». Оттуда же запросили дело Войцеховского, по всей видимости, его ожидали более строгий режим и лагерная роба.
Несколькими месяцами ранее аналогичная ситуация произошла с Василием Сочивко и Павлом Пентюховым. Вещевой фонд ИТК пополнился двумя летними гимнастерками, парой нательного белья и ватными шароварами.
Вообще же ИТК испытывала дефицит одежды. Об этом говорит заявление от 16 апреля 1925-го колонистов Бикина, Власенко, Малиновского и Бибкина: «Просим выдать нательное белье ввиду того, что большинство из нас, просидевшие значительное время, совершенно обносились и не имеет смены белья».
В ноябре 1926-го за добросовестный труд Авраам Ерошенко заслужил отпуск в количестве 14 дней. Андрею Лапину, Федору Пушнину и Михаилу Желинскому за особо тяжелые условия работы дополнительно стали выдавать по
2 л молока в день. А вот Василий Максименко за неоднократные самовольные отлучки лишился месячной зарплаты.
6 ноября 1926-го вышел приказ заведующего ИТК: «В день празднования Октябрьских торжеств на 7 ноября предлагаю увеличить паек заключенным». Им полагалось дополнительно по 206 г мяса, 0,5 л молока, 410 г белого хлеба, 103 г сахара.
В сентябре 1927-го после очередной инспекции помощник прокурора Витебского округа
А. Минчёнок констатировал, что в колонии содержатся 49 человек, после вечерней поверки и до утра они находятся без всякого присмотра. Со стороны населения есть заявления, что колонисты «шатаются» по деревням, бывают на вечеринках, временами пьянствуют. Заведующий колонией Филипп Артюх заявил, что с самоволками бороться невозможно, т. к. нет штата охранников.
С конца 1928-го в «Лесковичи» стали направлять и представительниц слабого пола, количество которых доходило до десятка. Например, в начале июля 1929-го в ИТК находилось 37 мужчин и 6 женщин. В сентябре прибыл очередной этап из Полоцка: Лейзер Ялов, Александр Балтрушевич, Николай Сакович, Георгий Гоцкало, Петр Лазарев, Алесь Шумский и Валентина Подзенок, осужденная на 1,4 года за кражу.
План, которому было не суждено сбыться
Местная власть относилась к нахождению на своей территории ИТК неоднозначно. В частности, 21 сентября 1927-го расширенный пленум Сиротинского (Шумилинского) райисполкома поставил вопрос перед окркомом (облисполкомом) и правительством БССР о нецелесообразности существования в Лесковичах ИТК. Вместо колонии предлагалось создать «совхоз с промышленно-сельскохозяйственным уклоном и постройкой заводов: крахмально-паточного, фруктово-винного, торфяного и кирпичного, что предусмотрено 5-летним планом развития».
Последние документы, рассказывающие о деятельности ИТК, датируются маем 1930-го.
Теперь в Лесковичи приезжают туристы. Здесь можно увидеть построенную из бутового камня и кирпича церковь, руины замка и хозпостроек рода Хлюдинских.
